Беременные женщины во время войны

Одна в глубоком нашем тылу, другая на передовой, третья на оккупированной врагом земле, каждая по-своему спасали людей, жертвовали собой во время войны. Все трое чудом выжили и после победы прожили ещё много лет. Читая об их подвиге, невольно вспоминаешь жен-мироносиц. И дочерьми.

Это общественный миф, созданный как на низком уровне знаний о беременности и акушерстве в целом, так и с целью получения дохода на перепуганных беременных женщинах и молодых матерях, в частности. В наше время, как никогда раньше, беременность может протекать с наименьшими осложнениями, а роды могут быть не тяжелыми при наличии хорошего обезболивания и постоянного контроля ситуации со стороны медперсонала. Возврат в прошлое нередко полезен, чтобы напомнить современным женщинам, как им повезло жить в XXI веке и наслаждаться прогрессом технологий, науки, медицины. Моя мама родилась в 1929 году и ее подростковый период выпал на годы второй мировой войны 1939-1945 гг. Она редко вспоминала эти годы, потому что они были наполнены реальными страхами и ужасами. Немцы спешили, поэтому не проверяли результаты расстрела. К счастью, никто не умер, несмотря на ранения и потерю крови. Воспоминания многих женщин, переживших войну в разных условиях оккупация, тыл, фронт, концлагерь , говорят об общих проблемах женщин военного времени.

Женщины, роды, война — реальные истории, которые вызывают слезы

Уходи… Уходи… У тебя еще две младших сестры растут. Кто их замуж возьмет? К рассвету она отошла, а с нейтральной полосы послышался стон. Остался раненый. Не послушалась, поползла. Нашла раненого, тащила его восемь часов, привязав ремнем за руку. Приволокла живого. Командир узнал, объявил сгоряча пять суток ареста за самовольную отлучку. В девятнадцать лет поседела. В девятнадцать лет в последнем бою были прострелены оба легких, вторая пуля прошла между двух позвонков. Парализовало ноги… И меня посчитали убитой… В девятнадцать лет… У меня внучка сейчас такая.

Смотрю на нее — и не верю. Решилась, и вдруг такая мысль мелькнула: это же человек, хоть он враг, но человек, и у меня как-то начали дрожать руки, по всему телу пошла дрожь, озноб. Какой-то страх… Ко мне иногда во сне и сейчас возвращается это ощущение… После фанерных мишеней стрелять в живого человека было трудно.

Я же его вижу в оптический прицел, хорошо вижу. Как будто он близко… И внутри у меня что-то противится… Что-то не дает, не могу решиться. Но я взяла себя в руки, нажала спусковой крючок… Не сразу у нас получилось. Не женское это дело — ненавидеть и убивать. Не наше… Надо было себя убеждать. Это были смелые, необыкновенные девчонки. Есть статистика: потери среди медиков переднего края занимали второе место после потерь в стрелковых батальонах. В пехоте. Что такое, например, вытащить раненого с поля боя?

Мы поднялись в атаку, а нас давай косить из пулемета. И батальона не стало. Все лежали. Они не были все убиты, много раненых. Немцы бьют, огня не прекращают. Совсем неожиданно для всех из траншеи выскакивает сначала одна девчонка, потом — вторая, третья… Они стали перевязывать и оттаскивать раненых, даже немцы на какое-то время онемели от изумления.

К часам десяти вечера все девчонки были тяжело ранены, а каждая спасла максимум два-три человека. Награждали их скупо, в начале войны наградами не разбрасывались. Вытащить раненого надо было вместе с его личным оружием. Первый вопрос в медсанбате: где оружие? В начале войны его не хватало. Винтовку, автомат, пулемет — это тоже надо было тащить.

Таких наивных и таких искренних. С такой верой! На колени! Стоим и плачем, у каждой слезы на глазах. Потеряла сознание… Когда пришла в себя, был уже вечер. Подняла голову, попробовала сжать пальцы — вроде двигаются, еле-еле продрала левый глаз и пошла в отделение, вся в крови. Быстро перевязали голову, левую руку выше локтя, и я пошла получать ужин. В глазах темнело, пот лился градом. Стала раздавать ужин, упала. Я за войну даже подросла. Все вместе. Я уехала с чувством долга.

А мой папа был счастлив, что дочь на фронте. Защищает Родину. Папа шел в военкомат рано утром. Прежде чем пойти к тете, я зашла в магазин.

До войны страшно любила конфеты. Говорю: — Дайте мне конфет. Продавщица смотрит на меня, как на сумасшедшую. Я не понимала: что такое — карточки, что такое — блокада? Все люди в очереди повернулись ко мне, а у меня винтовка больше, чем я. Вырежьте у нас талоны. Он ко мне: — Куда ранило? Каждую ночь. И сны такие: то у меня автомат отказал, то нас окружили.

Просыпаешься — зубы скрипят. Вспоминаешь — где ты? Там или здесь? Хорошей советской школьницей уехала, которую хорошо учили. А там… Там я стала молиться… Я всегда молилась перед боем, читала свои молитвы. Слова простые… Мои слова… Смысл один, чтобы я вернулась к маме и папе. Настоящих молитв я не знала, и не читала Библию. Никто не видел, как я молилась. Я — тайно. Украдкой молилась. Потому что… Мы были тогда другие, тогда жили другие люди.

Вы — понимаете? Мой первый раненый — старший лейтенант Белов, мой последний раненый — Сергей Петрович Трофимов, сержант минометного взвода. В семидесятом году он приезжал ко мне в гости, и дочерям я показала его раненую голову, на которой и сейчас большой шрам. Всего из-под огня я вынесла четыреста восемьдесят одного раненого. Кто-то из журналистов подсчитал: целый стрелковый батальон… Таскали на себе мужчин, в два-три раза тяжелее нас. А раненые они еще тяжелее. Его самого тащишь и его оружие, а на нем еще шинель, сапоги.

Взвалишь на себя восемьдесят килограммов и тащишь. Сбросишь… Идешь за следующим, и опять семьдесят-восемьдесят килограммов… И так раз пять-шесть за одну атаку. А в тебе самой сорок восемь килограммов — балетный вес. Все отделение из молодых мальчишек. Мы целый день на катере. Катер небольшой, там нет никаких гальюнов. Ребятам по необходимости можно через борт, и все. Ну, а как мне? Пару раз я до того дотерпелась, что прыгнула прямо за борт и плаваю.

Вот такая элементарная мелочь… Но какая это мелочь? Двадцать один год, а я вся беленькая. У меня тяжелое ранение было, контузия, я плохо слышала на одно ухо. Брат на фронте погиб. Вот это было страшно. И это мне как-то… Я не выражусь… Ну, во-первых, очень некрасиво… Ты на войне, собираешься умереть за Родину, а на тебе мужские трусы.

В общем, ты выглядишь смешно. Мужские трусы тогда носили длинные. Шили из сатина. Десять девочек в нашей землянке, и все они в мужских трусах. О, Боже мой! Зимой и летом.

ПОСМОТРИТЕ ВИДЕО ПО ТЕМЕ: 9 месяцев за 2 минуты: что происходит с женским телом во время беременности?

Беременные, попавшие в концлагеря, умирали от нечеловеческих опытов. О жизни женщин во время войны снято много фильмов и написано тысячи. количества женщин, доставлявшихся туда, было много беременных. Женщина, готовящаяся к родам, вынуждена была долгое время И если в моем Отечестве, несмотря на печальный опыт войны, могут.

Уходи… Уходи… У тебя еще две младших сестры растут. Кто их замуж возьмет? К рассвету она отошла, а с нейтральной полосы послышался стон. Остался раненый. Не послушалась, поползла. Нашла раненого, тащила его восемь часов, привязав ремнем за руку. Приволокла живого. Командир узнал, объявил сгоряча пять суток ареста за самовольную отлучку. В девятнадцать лет поседела. В девятнадцать лет в последнем бою были прострелены оба легких, вторая пуля прошла между двух позвонков. Парализовало ноги… И меня посчитали убитой… В девятнадцать лет… У меня внучка сейчас такая. Смотрю на нее — и не верю.

Говорить о жизни женщин, переживших Вторую Мировую войну, всегда сложно.

Внешние ссылки откроются в отдельном окне Закрыть окно Правообладатель иллюстрации BBC World Service В России выходит в продажу примечательная книга - дневник офицера Советской Армии Владимира Гельфанда, в которой без прикрас и купюр описаны кровавые будни Великой Отечественной войны. Некоторые полагают, что критический подход к прошлому неэтичен или просто недопустим, учитывая героические жертвы и гибель 27 миллионов советских граждан. Другие считают, что будущие поколения должны знать истинные ужасы войны и заслуживают того, чтобы увидеть неприукрашенную картину.

Женщины на войне: правда, о которой не принято говорить

Трогает за душу Женщины, роды, война — реальные истории, которые вызывают слезы Говорить о жизни женщин, переживших Вторую Мировую войну, всегда сложно. На их долю выпали ужасные испытания. Они пережили все: голод, холод, непосильный труд, потерю близких людей, но все равно боролись за жизнь. Когда читаешь их воспоминания, на глаза наворачиваются слезы… Наиболее тяжелым испытанием для женщин в те времена, было материнство. Женщины пытались предотвратить беременность В условиях выживания, женщины пытались любыми способами предотвратить беременность. Средства контрацепции не были доступными, поэтому приходилось использовать народные методы. Чаще всего, в качестве противозачаточного средства женщины использовали кусочек ткани, пропитанной свиным жиром — они вставляли его поглубже во влагалище, чтобы предотвратить зачатие. Еще пили настойки трав, которые вызывают срыв беременности на ранних сроках. Предотвратить беременность помогали и естественные факторы.

Женщины, роды и Вторая мировая война

Теги: медицина , подвиг Свидетельство польской акушерки пани Станиславы Лещинской, бывшей узницы фашистского концентрационного лагеря Освенцим. Среди огромного количества женщин, доставлявшихся туда, было много беременных. Функции акушерки я выполняла там поочередно в трех бараках, которые были построены из досок, с множеством щелей, прогрызенных крысами. Внутри барака с обеих сторон возвышались трехэтажные нары, на которых размещались на грязных соломенных матрасах по три или по четыре женщины. Солома давно стерлась в пыль, и больные женщины лежали на почти голых не струганных досках, к тому же с сучками, впивавшимися в тело. Посередине, вдоль барака, тянулась печь, сложенная из кирпича, с топками по краям. Она была единственным местом для принятия родов, так как другого сооружения для этой цели не было. Топили печь изредка. Поэтому донимал холод: мучительный, пронизывающий, особенно зимой, когда с крыши свисали длинные сосульки. О необходимой для роженицы и ребенка воде я должна была заботиться сама, но для того чтобы принести одно ведро воды, надо было потратить не меньше двадцати минут.

.

.

Изнасилование Берлина: неизвестная история войны

.

Женщины и война: три реальные истории, которые сильнее любого фильма

.

Женщины, роды, война

.

Акушерка концентрационного лагеря

.

.

.

ВИДЕО ПО ТЕМЕ: Врачи услышали крики и подбежали к беременной женщине, но ребенка в животе не оказалось!..
Похожие публикации